Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.


20 Июня 2018, 00:35:51

Автор Тема: Patristic Theology and Post-Pastristic Heresy  (Прочитано 1131 раз)


  • Сообщений: 20
    • Просмотр профиля

Patristic Theology and Post-Pastristic Heresy
« : 19 Января 2016, 19:44:13 »


Today, Wednesday 15 February 2012, at 4 p.m. in the Stadium of Peace and Friendship in Piraeus, on the initiative of the Holy Metropolis of Piraeus, a one-day Theological-Academic Conference was arranged, with the theme “Patristic Theology and Post-Patristic Heresy. The conference was honoured with the presence of Most Eminent Hierarchs, Abbots and Abbesses of Holy Monasteries, Theologians and some one thousand five hundred of the faithful.

The general theme of the symposium was examined in two sessions by the speakers: His Eminence Ierotheos, Metropolitan of Nafpaktos and Saint Vlasios, the University professors Fr. Georgios Metallinos, Fr. Theodoros Zisis, Dimitrios Tselengidis, Lambros Siasos and Ioannis Kourembeles, and also the researcher Ioannis Markas.

Arising from the papers and the discussion which followed, the Resolution-Conclusion below was passed unanimously:
The term post-Patristic or contextual theology is new to the Greek situation and has been borrowed from Protestantism where it has been used for more than forty years to state the need, as they see it, for weight to be given to the witness of “churches” in social affairs, not in matters of the faith, because “dogmas separate”.

From the point of view of the Orthodox, the catchphrase about “transcending the Fathers” is misguided, if not blasphemous, because theology without asceticism and a Church without Fathers, that is saints, is inconceivable. A Church without Fathers would be a “spurious Christian Protestant construct, which would not bear any relation to the One Holy Catholic and Apostolic Church” which we confess in the Creed.

In the dogmatic conscience of the Orthodox faithful, the most destructive work has been carried out by Ecumenism, because this relativizes and, in practice, invalidates the enduring status of the teaching of the Holy Fathers. The newly-minted movement of the postPatristic theologians belongs organically to Ecumenism. In their texts, these theologians appear to not understand that Orthodox and error-free theology is produced originally only by those who have been cleansed of their passions and illumined by the uncreated light of divine grace. And that the prime criterion of the error-free nature of ecclesiastical theology is the sanctity of the God-bearing fathers who formulated it.

When the sanctity, or just the Orthodox theological methodology of “following the holy Fathers” is ignored or set aside, then the adoption of “free” thinking and theological speculation is inevitable. But this leads to a “neo- Barlaamic” theology which is anthropocentric and has a self-regulating logic.

According to the criteria of the Church, “post-Patristic” theology is proof of a puffed up intellect. This is why it cannot be legitimized in Church terms.

Orthodox academic theology is not called upon to replace holy Patristic and charismatic theology, and nor is it justified in presenting any other, outside the authentic theology of the Church.

The aspiring “post-Patristic” theologians reject the clear boundaries which Patristic theology sets between Orthodoxy and heresy, the result being that they adopt a rather syncretist model.

“Post-Patristic” theology clearly deviates from traditional theology, both as regards the manner, the requirements and the criteria of theologizing in an Orthodox manner as well as the content of the Church’s Patristic theology.

“Post-Patristic theologians prove to be “non-receptive towards the different”, charging those who disagree with them with “Patristic fundamentalism” and exercising criticism in their newfangled theories.

The responsibility of the Church leadership is great as regards ensuring the avoidance of any alteration of the Orthodox faith, theology and witness today.

What is known as post-Patristic theology functions within a philosophical and meditative perspective and leads directly to Protestantism.

Given that the Church is Apostolic, it is Patristic and constitutes a wonderful victory of the Holy Fathers, because the “post-Patristic” theologians, unable to extend their flawless teaching, change their tack and simply expunge them.

We who are faithful members of the Church will continue to follow the Holy Fathers, refusing to move or transcend the boundaries which they set.

We urge everyone to be aware of the Patristic conscience, in conjunction with the required vigilance on the part of the Church’s pastors, so that we can contribute decisively to the thwarting of the alteration which is being attempted with underhand means.

Download PDF http://www.impantokratoros.gr/dat/storage/dat/13192916/englisch.pdf

--[PDF Contains] ------------
Dimitrios Tselengidis, Professor of the Theological School of the Aristotle University of Thessaloniki.

Protopresbyter Georgios D. Metallinos, Professor Emeritus of Athens University.
From Patricity to Post-Patricity the Self-Destruction of the Orthodox Leadership

Ioannis Kourembeles, Associate Professor of the Theological School Aristotle University of Thessaloniki
Unorthodox Orthodoxy? Moments in Contemporary Greek Theological Expression and Marks of Post-Theological Moments

Ioannis N. Markas, Researcher

His Eminence Metropolitan Ierotheos of Nafpaktos and St. Vlasios.

Protopresbyter Theodoros Zisis Emeritus Professor of the Aristotle University of Thessaloniki

Простите, если не в тот раздел поставил.


  • Сообщений: 23
    • Просмотр профиля

Re: Patristic Theology and Post-Pastristic Heresy
« Ответ #1 : 04 Февраля 2016, 13:31:25 »
I did not quite get it - is "post-Patristic theology" a phenomenon existing within the Orthodox Church? Or it is all about polemics with the Protestants?


  • Сообщений: 20
    • Просмотр профиля

Re: Patristic Theology and Post-Pastristic Heresy
« Ответ #2 : 04 Февраля 2016, 23:12:54 »
I did not quite get it - is "post-Patristic theology" a phenomenon existing within the Orthodox Church? Or it is all about polemics with the Protestants?
Yes, it is existing within the Orthodox Church and very strongly. 1st article by Dimitrios Tselengidis is short but exhaustive.
Mostly that is academical type theology which doesn't rely on hesychastic tradition. Patristic theology hand in hand is based on hesychasm. And theology without it is mostly adopted western rationalizing, which uses orthodox tradition as it's source.


  • Молитва стала просьбой, а должна быть Песней...
  • Сообщений: 8004
    • Просмотр профиля

Re: Patristic Theology and Post-Pastristic Heresy
« Ответ #3 : 05 Февраля 2016, 08:41:19 »
Et en russe pour communiquer la religion ne permet pas.

ZYI - 並用俄語溝通的宗教不允許。
В выражении «Бог Есть Любовь» одно слово лишнее… Ты догадался какое?.. Правильно, любое!..
Тогда два!.. Догадался какие?.. Правильно, любые!.. Тогда три…


  • Сообщений: 20
    • Просмотр профиля

Re: Patristic Theology and Post-Pastristic Heresy
« Ответ #4 : 19 Апреля 2016, 16:20:02 »
Мета-патристическое богословие или богословие «Нео-Варлаамизма»?
Игнорирование или незнание святости?
Подзаголовок: Критерий православного и неискаженного богословия
Надмение и богословское отклонение предполагаемых богословов «метапатристики»

Во избежание терминологической путаницы, непосредственно с самого начала мы приступим к необходимым разъяснениям относительно новосозданного термина «мета-патристический». Этот новый научный термин допускает разнообразные интерпретации, но наиболее верными видами научной интерпретацией, по нашему мнению, являются два: а) Когда первому дополнительному слову «мета» придается категория временного характера, поэтому в таком случае речь ведется о завершении, конце святоотеческой эпохи. И б) когда первому дополнительному слову придается критический смысл, тогда слово «мета-патристика» означает относительность, условность богословской мысли Святых Отцов, частичное или полное оспаривание их богословия, новое прочтение или же преодоление святоотеческой богословской мысли.

Современные ученые- богословы, которые прямо или косвенно предпринимали шаги направленные на то, чтобы себя обозначить или определить как «мета-патрологов», использовали в качестве объяснения термин «мета-патристика» второй способ интерпретации, то есть который означает относительность святоотеческого богословия, а в конечном итоге и преодоление святоотеческой мысли.

Протестанты, по нашему мнению, предприняли самый большой труд по разрушению христианского сознания. И поэтому-то они и бросили вызов непосредственно авторитету Вселенских соборов Церкви, как впрочем и всему Апостольскому и святоотеческому Преданию. В тоже время, они на официальном уровне лишают авторитета, а в сущности только лишь формально, святость всех поминаемых святых, таким образом оспаривая и богодухновенный опыт всякой борьбы Церкви на земле.

С другой стороны, разрушительное дело в догматическом сознании церковной полноты Православной Церкви совершал и продолжает совершать Экуменизм. Сегодня Экуменизм имеет своим смрадным одеянием межхристианский и межрелигиозный синкретизм, а следовательно он является опасным носителем полиереси всех эпох, поскольку он самым решительным образом способствует притуплению православного критерия и православного самосознания. Если говорить более конкретно, то он чрез своих представителей, на местном или международном уровнях, постоянно и постепенно вбирает в себя все величайшие «отпадения» в церковно-догматическом сознании, пи этом ничего не подозревают православные верующие. И этого Экуменизм достигает успеха на самом деле, прежде всего, лишением авторитета учения Святых Отцов, и конечно же их совместных решений, принимаемых в рамках Вселенских соборов. Посмотрите, например, на нарушение, теперь и на протяжении длительного времени, 2-го правила Пято-Шестого Вселенского, которое непосредственно запрещает совместные молитвы с не имеющими общения или инославными, и при вполне очевидном и явном высказывании угрозы извержения из сана клириков и отлучении мирян, нарушающих его.

В столь широко секуляризованном богословском климате, и в особенности самого духа Экуменизма, который мы описали, в него органично вписывается и появляющееся в последнее время движение предполагаемых богословов «метапатристики». Несомненно, это движение обладает вполне очевидными признаками влияния протестантства, которые наиболее явно и главным образом проявляются в научном характере их определения как богословов «мета-патристов» в отношении вневременного и исторического авторитета богословского учения Святых Отцов.
В нашем кратком докладе мы, прежде всего, остановим наше внимание на мышлении этих богословов, а не на их личностях, а также на критериях их богословских дефиниций.

К сожалению, дорогие наши братья во Христе богословы «мета-патристы», благодаря крайне смелым, и даже скорее всего весьма дерзким доказательствам и заверениям, в действительности проявляют полное игнорирование того, что такое святость сама по себе, и как следствие этого им присуще неведение того, что такое жизнь во Святом Духе, которая является, согласно опыту Церкви, основным условием для православного и неискаженного богословия. Они в своих статьях, как оказывается, специально игнорируют тот факт, что православное и неискаженное богословие создают, прежде всего, только те, которые очистились от нечистоты своих страстей, а главным образом те, которые просвещены и обожены нетварным озарением боготворящей благодати. Попытка самым наглым и нахальным образом отодвинуть учение Святых Отцов богословами «мета-патристами» подтачивает у верующих людей несомненную уверенность в незыблемую силу святоотеческого богословия, и в тоже время, параллельно и незаконно, и хитро ими вводится протестантский образ богословия предположения-вероятности. Но таким образом, в действительности, оказывается так, что этим «разрушаются те границы, который установлены нашими Отцами». Но тем самым метапатристика грубо искажает и портит как святоотеческое, так и богодухновенное библейское слово.

На основании выше сказанного (и только на этом), мы могли бы, очевидно, научно утверждать, что предполагаемые богословы «мета-патристики» не имеют основ святоотеческого богословия. Поэтому мы могли бы в подлинном смысле слова утверждать, что они их имеют, когда происходит то, что ими дерзко вводится принцип преодоления богословия Отцов Церкви, или когда они пытаются ввести церковное богословское мнение западного образца богословия и гносеологии вероятности, когда своим основанием это богословие имеет научно-академическую защиту и богословское умозаключение? Впрочем это самодовольство само по себе приводит к преступлению против благодатного присутствия Святого Духа, которое является ручательством подлинности православного богословия.

Научно-академический критерий, который вводится богословами «мета-патристики», как признак их объективности, не обязательно совпадает с церковным критерием богословствовать православно и верно, когда конечно же эти критерии используются необоснованно, априори. Православное церковное богословие обладает вполне очевидным и главным образом богодухновенным критерием. Первым и наиглавнейшим критерием неискаженного характера церковного богословия является святость богоносных Отцов, которые его изложили.

Вызывает огромную скорбь поразительное невежество и неведение, а отсюда и упрямое самодовольство богословов «метапатристики», которые предпринимают попытки, и совершенно невежественные, заменить обременяющее и неудобное для них святоотеческое богословие Православной Церкви своим актуальным научно-академическим богословием. Такой своей позицией они явным образом заявляют, что они в действительности, не знают того, что Отцы являются деятельными богоносцами и святыми Церкви. Но они не знают главным образом того, что святости Святых и святости Самого Бога причастен непосредственно и персонально верующий, и при очевидных экклезиологических условиях он становится «всем чувством» общником святости Самого Бога. Итак, совершенно понятным является то, что характер святости святых Отцов является нетварным.

Великие Отцы Церкви верно выразили Апостольское Предание их эпохи, но прежде всего потому, что они жили жизнью исихастко-аскетической и преимущественно мистической, в таинствах. Свт. Григорий Богослов, свт. Василий Великий, прп. Максим Исповедник, прп. Симеон Новый Богослов и свт. Григорий Палама, для того чтобы пребывать только в них, в качестве доказательства, актуализировали Апостольское и Святоотеческое Предание, выражая его точно и верно в словах богословского языка, живя нетварно и «во всяком чувстве»,так жили и другие Святые Отцы, но и малограмотные носители благодати, а также и простые верующие-богоносцы в их исторические эпохи.

Однако давайте напомним о критериях богословствования. Научно-академические критерии являются тварными. Поэтому, вне наивернейшего критерия нетварной святости, единственным хранителем для верного православного, научного богословия может стать, или его можно найти у твердо стоящих в святости ученых богословов, в смиренном мышлении, которое заключает в себе и выражает собой исторически используемый церковный метод, которое обозначается хорошо известным святоотеческим высказыванием: «последуя Святым Отцам». Иначе говоря, это то смиренное мышление, которое являлось гарантом их святости, которым обладали все богоносные отцы, которые принимали участие на Вселенских соборах, а они в свою очередь установили границы правильного, безошибочного богословия. Богословское умозаключение, которое доставляет удовольствие богословам «мета-патристики» и неизбежно порождаемое им богословие вероятности, не присущи церковному православному богословию, но инославному и еретическому, которое, как оно точно и метко охарактеризовано богоносными Отцами, является «технологией», нежели чем богословием. В данном случае достойно внимания и своевременным является наблюдение прп. Иоанна Синаита (Лествичника), что «не познавший же Бога разглагольствует о Нем по догадке». (См. Слово 30, 13 (23)). Но и свт. Григорий Палама станет указывать латиномудрствующим варлаамитам на низкое и человеческое богословское рассуждение, замечая, что «мы следуем не умозаключениям, но богоглаголанным словесам» (Второе Слово на исхождение Святого Духа, 18).

Но когда святость игнорируется или отстраняется, или устраняется даже православная богословская методология «последуем Святым Отцам», то неизбежно усваивается «свобода» богословского умозаключения и богословской вероятности. Это в сущности приводит в некому богословию «нео-варлаамизма», которое антропоцентрично и в качестве критерия имеет автономную логику. То если Варлаам и его сторонники оспаривали нетварность природы божественного Света и божественной благодати, точно также и богословы «мета-патристики» сегодня на деле недооценивают и пренебрегают нетварной и следовательно вневременной природой святости и учения богоносных Отцов, которых они считают достойных того, чтобы их заменить в учении, основах и фактах, согласно их мнению, и само изначальное богословие. Это не является внешнего рода признаком борьбы с Отцами Церкви, но главным образом является неким богоборчеством, поскольку то, что поставило Отцов Церкви Отцами — это их нетварная святость, которую косвенно, но по существу эти богословы обходят, отстраняют и лишают авторитета тем, что вводят свое «мета-патристическое» богословие.

«Мета-патристическое» богословие, согласно богословским критериям Церкви, которые мы представили ранее, является доказательством высокомерного и надменного ума. Поэтому невозможно его признать на церковном уровне. Церковное богословие смиренно и всегда «следует Святым Отцам». Это не означает, что церковное богословие отвергает оригинальность, динамизм, обновление духа и актуальность. Напротив, оно обладает всеми этими вышеуказанными признаками, поэтому и является выражением живого присутствия в нем Святого Духа, Который и богословствует таким образом. Отцы Церкви выражали и излагали все то, что они переживали в своей персональной Пятидесятнице, однако всегда, и в действительности, «они следовали» Отцам и находились в согласии с предшествующими богоносными Отцами.

Православное научное академическое богословие, безусловно, не призвано к тому, чтобы заменить святоотеческое благодатное богословие, но также и не оправдывать наличие иного, по сути находящегося вне авторитетного богословия Церкви. Ее дело состоит в том, чтобы сблизить, изучить, исследовать и научно изложить содержание раннего богословия Церкви, распознать и понять критерии подлинного богословия. Таким образом оно будет иметь успех и все будет укрепляться, а главным образом синтез и связь святоотеческого благодатного богословия с научным богословием. И все это будет продвигаться только тогда, когда выразители научного богословия не будут лишены святоотеческих основ и не изведавшими и не вкусившими жизненно церковных основ и данных.

Научное и академическое богословие, когда оно не обладает вышеназванными предписаниями, когда оно лишается своего жизненно-церковного содержания, оно является рассудочным богословием и духовно обедненным. Сближение только с тварной реальностью мира и жизни приводит лишь к выражению, в лучшем случае, ущербному и недостаточному высказыванию о некоторых предметах и по некоторым вопросам, а в некоторых случаях, к сожалению, ошибочному и почти что еретическому .

У нас складывается мнение, что если богословы «метапатристки» обладали бы святоотеческими основами Отцов Церкви, они бы смиренно и спокойно взяли бы на себя бремя исправлять слово истины для их времени, без пренебрежения и даже оспаривания Святых Отцов. И если бы их оправдывали бы дела, тогда бы они , несомненно, смогли бы быть теми выразителями живого Священного Предания Церкви. Однако это неизбежно означало бы, что они не являются так называемыми противниками вневременности Святых Отцов и в особенности они не противоречат решениям Вселенских соборов. Тем самым был бы излишним поднявшийся шум в отношении «метапатристического» богословия. Однако вероятные богословы «мета-патристики» прекрасно знают, что учение Святых Отцов полает вполне ясные границы, которые либо их лично не удовлетворяют, либо оказывают влияние на их стратегические цели, которые в свою очередь обслуживают любимый ими Экуменизм. И это истина. И все остальное является просто лишь красивой оберткой!

В завершении я мог бы еще раз непринужденно подтвердить, что «метапатристическое» богословие являет собой вполне явное и вопиющее отклонение как от метода, так и от мышления Святых Отцов. То есть является отклонением от традиционного богословия, как по по образу, по основам и критериям православного богословствования, так и по содержанию от церковного святоотеческого богословия.