Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Исихазм



26 Сентября 2017, 17:37:48

Автор Тема: Гимн 50 Симеона Нового Богослова (стихотворный перевод)  (Прочитано 1007 раз)

Геннадий Миронов

  • Сообщений: 1
    • Просмотр профиля

Наставление с обличением ко всем христианам

«О Христе, подай мне слова мудрости,
слова ведения и Божественного разумения…»
(Из Гимна 50 «Общее наставление с обличением ко всем:
царям, архиереям, священникам, монахам и мирянам,
изреченное и изрекаемое от уст Божиих»
Симеона Нового Богослова)

Христос, Твои слова премудрости небесной
в мои уста вложи, и силы мне придай.
Что ритор я плохой, об этом всем известно, –
к науке внешней я не прилагал труда.

Ты знаешь, что Тебя я Богом почитаю,
Спасителем зову, – лишь одного Тебя.
С мольбой о милости смиренно припадаю
к Тебе, Защитник мой, весь трепетом объят.

Я скромный пилигрим, который словом беден.
Ты – глас моей души, богатство, похвала.
Без помощи Твоей мне не прожить на свете.
Надеюсь на Тебя. Храни меня от зла!

Как много странного в судьбе моей суровой!
Но недостойного, ничтожного меня –
того, кто хуже всех, Ты восхотел, о Слово,
по благости своей от мира воспринять!

Прошу с надеждой на Твою благую милость:
Дай мысли правые, дай крепость мне сказать
всем людям, служащим Тебе, Владыке мира,
тайн созерцателям, имущим свыше власть

и мнящим, что дано Тебя, о Боже, видеть,
работать подлинно… Всем вам я говорю!
Епископы, цари, сановники, сочтите
достойным для себя послушать речь мою.

И вы, священники, монахи, разночинцы,
лицу ничтожному – мне окажите честь
вложить в сердца вам то, что молвит Вседержитель,
в руке Которого дыханье всех существ.

Нехорошо, цари, вы делаете, если,
браня язычников, дела творите их,
как некрещеные, без совести и чести,
отвергнув вашего Царя и всех святых.

Меня отринули словами и делами!
Но лучше было б вам в блаженстве нищеты
по заповедям жить, храня в душевном храме
Благую весть Мою, вдали от суеты…

Какая польза вам от временного рабства,
от смерти защищать миры, но быть самим
рабами бесов и страстей, приняв коварство
геенны огненной, чей жар неугасим!

Приветствую того, кто ближним сострадает
и милосердствует, слова Мои храня,
в грехах раскаявшись, закон Мой соблюдает
и больше никогда не предаёт Меня.

Вот это – жертва Мне. Такой лишь дар Мне нужен,
и приношение, и горний фимиам…
Кто слов Моих не чтит, язычника тот хуже.
Неверностью своей себя тот губит сам.

Мои епископы, достойно вас Я выбрал,
чтоб собеседовать, в свои ученики.
Вы отпечаток Мой для праведного мира,
и власти высшей вам открыты тайники.

Такая власть – во Мне, она есть Слово Божье.
Её вручил Отец вершить над миром Суд.
Я человеком стал, покрыв костьми и кожей,
обличием мужским Божественный сосуд.

Мою земную плоть Я вас держать сподобил,
хотя неуловим для бренных рук, как Бог.
В одном лице двояк… Положен был во гробе,
но из врагов никто найти Мой прах не мог.

Среди епископов, увы, есть и такие,
высокомерием которые грешны, –
друг другу говорят они слова благие,
внизу сидящие им люди не важны.

Среди епископов есть те, кто без хитона
благоговейности незвано входят в храм
и прикасаются без страха, недостойно,
с пренебрежением к Моим Святым дарам.

Своим презрением они себя лишают
богообщения, – не слышат Божий глас.
И, как простой кусок, причастный хлеб вкушают,
над таинством Моим в душе превозносясь.

Входя в святилище, они ведут беседы
со Мной, как будто Я – знакомый или друг,
болтают меж собой, забыв про все запреты.
Но так негоже для Моих рабов и слуг.

И «праведники» те, блистающие златом,
одетые в парчу, снаружи лишь чисты.
Их лицемерные слова опасней яда.
Их души алчные стыдятся нищеты.

Безблагодатные, они лишь обещают
свои ходатайства направить за других,
но тщетно голоса до крика возвышают.
Их не пускают ввысь премногие грехи.

Ко Мне, как к бедняку, а не Творцу Вселенной,
они относятся, но Я долготерплю…
На поругание отдав себя смиренно,
как чад страдающих, Я всех людей люблю.

Но кто Мой хлеб вкусить посмеет недостойно,
как будто проглотил обыкновенный хлеб,
тот незаметно для себя пропустит в лоно
с куском и сатану – и превратится в склеп!

Так некогда дерзнул притронуться Иуда
к дарам Божественным. Тогда в него проник
через уста князь тьмы – дух прелести и блуда.
Предал Меня, служа ему, Мой ученик…

В особенности те Иуде подражают,
кто, на престолах сев, над Церковью себя
возносят до небес. Я строго осуждаю
тщеславность этих душ, о чести их скорбя.

Они бессовестно ведут беседы в храме,
с другими говоря открыто предо Мной.
Их мысли заняты не службой, а делами.
Бесстыдство, дерзость и корысть тому виной.

Но если бы они Божественную славу
узрели, то в притвор не смели бы войти!
Я – многогрешный раб глаголю так по праву.
Передо мной сам Бог открыл свои пути.

Не надо стыд скрывать в лукавстве словоблудья
за мерзость, что творим, облекшись в ризы, мы.
Он будет ведом всем – и ангелам, и людям
в тот час, когда Христос откроет тайны тьмы.

Скажите, кто из нас, живущих иереев,
к священству приступил и свой возвысил слог
не ради славы, а во имя высшей цели,
внимая Господу как пламенный пророк?

Кто, дерзновением горя неукротимым,
к блаженству нищеты примером призывал:
довольствовался лишь одним необходимым,
делился с ближним всем, что Бог ему давал?

Кого из нас за мзду не осуждала совесть?
Кто не попробовал купить или продать
ценой предательства, ценой невинной крови
ступень в карьере иль священства благодать?

Кто хиротонию по просьбе власть имущих
не совершил над тем, кто недостоин был,
и в грозный час, когда вокруг сгущались тучи,
Христовой правде и любви не изменил?

И кто не предпочёл епископом поставить
из тех, с кем близок был, достойных не избрав,
дела церковные стараясь так возглавить, –
при помощи друзей? Как будто в том нет зла!

Воистину, искать таких людей напрасно,
кто избежал тех бед, о чём был мой рассказ.
Стал даже смертный грех, как это ни ужасно,
привычным. За него не колет совесть глаз.

Бесстрашно мы грешим, нисколько не заботясь
о том, как зло пресечь и как добро творить.
И, этим всем гордясь, шагаем прямо в пропасть,
и души продаём архангелу зари…

И тьмой объятые, раскаянья не ищем,
в бездонности страстей все чувства растеряв.
Нам, славы Господа и силы не вкусившим,
не выбраться на свет из лабиринтов зла.

Всем существом своим, увязнувшим в соблазнах,
нам хочется себя прославить на земле,
купаться в роскоши, жить весело и праздно.
Кто вознамерится сказать, что это грех?!

Любовь земная не даёт душе смиряться
и порицать себя за промахи свои.
Поэтому скажу себе и всем: О, братья!
О, сёстры! Мы должны искать иной любви…

За человеческой не стоит славой гнаться.
Дерзнёт ли заявить её поклонник мне,
что он свободен от злопамятства и хамства
и не кичится тем, что многих стал сильней?

Дерзнёт ли заявить нуждающийся в злате,
копящий тленное богатство человек,
что сердцем он открыт для Божьей благодати
и, Троице служа, готов прожить свой век?

Не восприняв Христа, Отца, Святого Духа
в единой Сущности животворящих сил,
как исцелить себя от смертного недуга,
гордыню победить и волю обрести?

Любовь небесная – ходатайство пред Богом
за каждого, кто грех свой осознал сполна.
При жизни превратить заблудшего в святого,
миря его с Творцом, способна лишь она.

Поскольку ангелы и даже Херувимы,
навек отдавшие добру свои сердца,
не смеют взор поднять на Лик неповторимый
во славе сущего Предвечного Отца!

Кто душу укрепит, чтоб страх благоговейный
священнодействовать безгрешно помогал?
Кто светом жертвенной любви наполнит вены,
чтоб тело вспыхнуло, как огненный опал?

И кто расскажет всем о том, что может вера,
держа в глаголющих устах духовный меч?
Какому Ангелу под силу это сделать?
Кому среди людей сие дано изречь?..

И чтоб никто в словах не заблуждался боле
и обольщать себя не позволял греху,
свидетельствовать я готов по Божьей воле
о высшей истине. И ныне всем реку:

Кто ради Господа от мира отречётся,
Христа единого возлюбит всей душой,
а если за Него и жизнь отдать придётся,
то это сделает он с радостью большой.

И о себе ничуть заботиться не будет,
как Божья птичка, что не сеет и не жнёт,
и в смертный час, когда его главу на блюде
должны отдать царю, перстом не шевельнёт.

Не будет плакать и рыдать, что умирает,
в душе желая лишь скорей, обняв Христа,
забыть о скорбях, что имел в подлунном крае,
и Духа мирного в свои принять уста,

Которого дал Бог Апостолам Христовым,
чтоб изгонять через Него любую страсть,
голодным помогать, и сиротам, и вдовым,
и покаянных слёз источники стяжать.

Себя омывшим в тех источниках обильных
и созерцающим внутри своей души
зарю предвечную и горние вершины,
Христос даёт любовь, бесстрастие и жизнь…

Но тот, в чьём сердце нет и тени Божьей славы,
да не сподобится епитрахиль надеть,
и не посмеет сам владыкой душ представить
своё ничтожество, звеня внутри, как медь!

Христос приносится и Сам себя приносит
Отцу Небесному, во всём согласный с Ним,
и принимает нас на жертвенном помосте,
и дарит каждому из нас лучистый нимб…

Священнодействуя, кто Бога порицает,
тот в осуждение своей души и в Суд
ужаснейший из всех поступков совершает,
что много хуже, чем убийство или блуд.

Мы все, рожденные в грехе и женских муках,
желаем видеть на земле цветущий рай,
но сами ад творим, греша друг против друга,
хвалясь пороками, теряя нить добра.

Когда же мы святой торгуем благодатью,
то против Господа грешим, как наглый Хам,
который к таинствам отца прокрался татем
и представление бесстыдным дал глазам.

Конечно, праведный священник Бога – Слова,
последуя Ему, жить должен, как и Он,
учивший истине, Сам не имевший крова,
чтоб приклонить главу на сложенный хитон.

Кто удостоился служить Христовой церкви,
иметь не должен для себя излишних благ,
носить роскошную парчу, златые цепи,
владеть чем-либо, ведь Христос был нищ и наг.

Дерзнувший для себя, для собственных расходов
все эти ценности и власть употреблять,
и достояния церковного народа
друзьям и сродникам без спроса раздавать,

и покупающий поля, дома и рощи,
и набирающий толпу рабов и слуг,
как сможет он поднять бессовестные очи
с мольбой на Судию, когда наступит Суд?

Он, без сомнения, подобен человеку,
который прогулял приданое жены
и в заточение попал, как птица в клетку,
не сознавая до конца своей вины.

Так и священники, причастные к растрате,
возводят башни и палаты на земле,
не для беспомощных сестёр и нищих братьев,
живущих во Христе, а для своих семей.

Они не думают о Церкви, презирают
её каноны, как жену распутный муж,
и отлучаются, и вдовой оставляют,
не беспокоясь о судьбе пасомых душ.

В союзе с ней не по любви, а по расчету
они живут, ценя лишь роскошь и доход.
Найдётся ли один, кто проявлял заботу
о красоте её души, – кто рыцарь тот?!

О горе, горе нам, священникам, монахам,
епископам… Всё то, что Бог предначертал,
мы попираем, не испытывая страха,
мамону вознося на высший пьедестал!

И если малый пред людьми, великий в Боге,
начнёт творить добро, то будет, как злодей,
отвержен обществом и, как Христос, в итоге
путь противления закончит на кресте.

Но есть над нами и над нашими страстями
Господь, Который всех возлюбленных Своих
возьмёт на небеса и, оживив слезами,
причислит ко святым, являя им Свой Лик!

Что Слово Божие гласит нам? – Те монахи,
себя которые ревнителями мнят,
пусть не пекутся о красе своей рубахи,
а благочестие душевное хранят.

И будет внешнее тогда всем вам на пользу,
и вожделенно для Меня, Творца миров.
Я чистоту души, как солнечную розу,
ценю за теплоту и лад сердечных слов.

Не украшайте же себя одним лишь внешним,
чтобы любезными казаться, а не быть.
Меня забыли вы, творя мирские вещи,
и Мне напомнили «гниющие гробы»…

Так некогда сказал безумным фарисеям,
что их блистательность внутри полна костей,
червивой гнили и дурманящего зелья,
лукавых мыслей, злых желаний и страстей.

И ныне говорю подобным «старой соли».
Взыскал ли кто поста, вериг и власяниц,
и ложа твёрдого, и множества мозолей
от долгих бдений на коленях, павши ниц?

Аскеза хороша, но лишь как принадлежность
духовного труда, сокрытого внутри,
творимого с умом и мудростью, неспешно,
с терпением всю жизнь, пока свеча горит.

Как прокажённые в одежду прячут струпья,
так вы – под ризами бездействие души.
Коль не изменитесь, то страсти вас погубят,
бесовским пламенем все чувства иссушив.

На празднословие и внешность тратя годы,
к обману видящих скрывая свой порок,
живя без веры и без внутренней работы,
вы будете ничем, когда настанет срок!

Приветствуя же всех радушно, без притворства,
старайтесь ревностно работать над собой,
отстаивайте честь, храните первородство,
чтоб непорочными явиться предо Мной.

И добродетелью, и подвигом священным,
и словом мудрости приблизившись ко Мне,
став снова Логосом, со Мною нераздельным,
в Мои объятия вернётесь, наконец!

Священный Мой народ, спеши соединиться
со Господом своим в Премудрости Моей,
познать всё лучшее и в свет преобразиться,
и быть со Мной всегда. Ко Мне иди скорей!

Иди и разрешись от уз и терний мира,
раскрыв причины зла, обман возненавидь.
От гордости ума беги, как от кумира,
чтоб рост тщеславных сил в себе остановить.

И сердцем отстранись от блудных помышлений,
что к похоти ведут и зрение, и плоть.
Семью приумножай, не предавайся лени,
не позволяй себя соблазнам побороть.

Кто станет совершать над меньшими насилье,
тот сделает себя противником Моим.
О, знай же, Мой народ: неправедное в мире
того погубит, кто воспользуется им.

Любовь Мою прими, как друг, открытым сердцем
к вещам Божественным, к реальности иной.
И блага вечные вкуси, чтоб став младенцем
во царствии Моём, навеки быть со Мной.

В пасхальной радости с тобою сядем вместе
за трапезу Мою среди святых детей,
отцов и матерей… Что может быть чудесней,
чем жить на небесах в любви и доброте?!

Когда настигнет смерть того, кто жил без Бога,
то ничего с собой не даст из мира взять,
что есть приятного и сердцу дорогого…
Познавший тленное об этом должен знать.

Когда ты отойдёшь в селения иные
по горним пажитям таинственной тропой,
то все дела твои, и добрые, и злые
из мира полетят цепочкой за тобой.

Оставь же тленное, расстанься с ним спокойно,
пусть бриллиантами сверкает звёздный мир.
Всё это – суета, пылинка в зале троном,
где восседаю Я, держа Святой Потир.

Я – царствующих Царь, заблудших душ Спаситель,
Господь всего, что есть на свете и во тьме,
Всевидящий Судья, Премудрый Повелитель.
Я – Бог! Зову тебя. Скорей иди ко Мне.

Дабы поистине ты жил в любви и братстве
и был свидетелем начала всех начал,
и наслаждался всем, что есть в Небесном Царстве,
и пищу ангелов из Рук Моих вкушал,

и был поистине Отцу во всём подобен,
как Иисус Христос – Возлюбленный Мой Сын,
Который жертвовать всегда собой способен,
во веки вечные.
Аминь!
Аминь!
Аминь!

***
Христос, Твои слова премудрости небесной
в мои уста вложи, и силы мне придай.
Что ритор я плохой, об этом всем известно, –
к науке внешней я не прилагал труда.

"Наставление с обличением ко всем христианам"
http://www.stihi.ru/2012/10/30/3689
http://azbyka.ru/forum/showthread.php?t=10486

Аудио в исполнении заслуженного артиста России Вадима Цимбалова (mp3, 24 MB),
ссылка на mp3 - на главной страничке http://www.stihi.ru/avtor/henrymir

Родион

  • Молитва стала просьбой, а должна быть Песней...
  • Сообщений: 7374
    • Просмотр профиля

Не знаю.... По моему гимн убит этим стихом.
Трудно объяснить, но веет от гимна совсем иным, чем от этого стиха. Я бы сказал в стихе ушла духовность и пришла "партийность". ИМХО.
В выражении «Бог Есть Любовь» одно слово лишнее… Ты догадался какое?.. Правильно, любое!..
Тогда два!.. Догадался какие?.. Правильно, любые!.. Тогда три…

aleks

  • Сообщений: 3
    • Просмотр профиля

С Родионом полностью согласен и добавлю - да, читать стих и особенно слушать аудио в исполнении заслуженного артиста России Вадима Цимбалова переложенный прямой рифмой "любовь-морковь" духовный гимн в душевное, эстрадно-песенное нечто невыносимо.
 Вот, к примеру,  в онлайн прослушке "О духовном плаче"  даже слегка украшенное личным отношением и ударением чтение:
http://predanie.ru/audio/izdanija-predanie-ru/arhimandrit-sofronii-saharov/
 отвлекает и раздражает. Я в чтении аудиокниг предпочитаю бесстрастный исскуственный голосовой движок.
 Но у меня тут возникает вопрос - новоначальные в принципе не могут отличать душевное от духовного, отсюда
 "духовная" поэзия Константина Романова (К.Р.), песни о.Романа, Ж.Бичевской и т.д. - так почему тогда так строг
в предисловии к "Божественным гимнам" преп. Никита Стифат?:

 "...я, воздавая должное почтение учителю (своему), счел весьма благовременным, очень полезным и
 пригодным предупредить тех, которые пожелали бы разумом склониться сюда, дабы некоторые, худо, разумеется, и без опыта воспринимающие божественные, сверхчувственные вещи, по неопытному наблюдению глубин Духа и имея ум необученный упражнением в божественных вещах, не причинили самим себе вреда от этих вещей вместо пользы.
Итак, должно знать, что кто предпочитает склониться к писаниям богословов, привлекаемый к этому любовью к чтению, тот прежде всего, будучи верным, должен телом и духом убежать миpa и всего вообще находящегося в мирe...
Должно же ему еще предочиститься, предосветиться и просветиться Духом; прежде узреть всякую тварь чистым оком ума, научившись прежде предугадывать вдали слова и движения ее; стать вне видимых низменных вещей...
кто влечется еще вниз грудью и чревом, т. е. земными помыслами и вещественными пожеланиями своими, будучи связан узами обольщающего миpского чувства, кто нечист и сильно поврежден в чувствах ума, того мы предупреждаем, чтобы он не дерзал читать написанное здесь, дабы, смотря на лучи солнца с гноем на глазах, не был он ослеплен, потеряв и то слабое зрение очей (какое имел). Ибо прежде должно очиститься от всякой болезни и нечистоты помыслов, и таким образом приблизиться к чистому и
сверхбеспредельному, в беспредельность светящему солнцу и беседовать с ним,—как к тому, которое сообразно нам является чувственным образом, так и к Солнцу правды и посылаемым от Него разумным и мысленным лучам, потому что исследовать глубины Духа свойственно только тем, которые освещены с вершины, конечно, очищения невещественным светом Божиим и стяжали совершенно просвещенный ум вместе и душу. Прочим же весьма полезно и прилично бить себя в грудь, испрашивая милости свыше... или, как не вкусившие (духовных) благ и совершенно не вмещающие, по причине присущей им тупости, возвышенных созерцаний, пусть и в руки не берут этих гимнов и не исследуют с любопытством того, что написано здесь."
 или подобное:
"Псалмы читаются монотонно, без выражения, чуть нараспев - бесстрастно, т.к. Богу неприятны наши греховные чувства."
 Чтение псалмов и молитв с театральным выражением приводит человека к демонскому состоянию прелести."
 -  Вот только сейчас узнал что и "Богу неприятны наши греховные чувства" в душевном исполнении псалмов(гимнов). Про Бога не знаю, но мне неприятны.
 Различение душевного от духовного я считаю  милостью и даром свыше, потому что сам случайно и  мгновенно его получил (как я думаю по молитвам одного мусульманина-мистика  после разговора с ним),кстати, будучи ещё незнакомым с православием. Со временем из-за ленивой рассеяной жизни различение притупилось, но вот помню первые сильные впечатления от Духа в "Моя жизнь во Христе" И.Кронштадтского, "Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря" С. Чичагова. "Невидимая брань" совершенно не шла из-за тяжёлого слога Ф.Затворника.
 Короче, мне интересно как другие  получают различение душевного от духовного. Ведь мой  взрывной случай наверняка экстраординарный.

Alexander

  • Administrator
  • Сообщений: 9643
    • Просмотр профиля
    • http://www.hesychasm.ru

В душевном следует отличать эмоциональное от умственного. И умственное не принимать за духовное. А еще знать, что духовное пробивается к нам через душевное.

Колхозник

  • Сообщений: 2081
  • Владимир
    • Просмотр профиля

Ваххх)) хорошо то как сказал!!!)

Антиквар

  • Сообщений: 5218
    • Просмотр профиля

Перевод выполнен в шестистопном ямбе. Размер красивый (и любимый мною), но он имеет ряд ловушек.
Во-первых, он достаточно громоздкий и тяжеловесный. В нем есть размах, но очень легко бывает съехать в напыщенность и тяжеловесные банальности.
Во-вторых, размером этим бывает трудно передать горение духа, устремленность ввысь.  Можно, но непросто. Требуется особое состояние, и очень простые, легкие слова, которые не дадут вылезти из-под пальцев тяжеловесным банальностям.
В-третьих, этот размер вкупе с неизбежной рифмовкой вызывает ассоциации с поэзией XIX века, в частности, французской, а отнюдь не с Симеоном Новым Богословом.
Скажу так: эксперимент всегда заслуживает уважения, и я, будучи сам грешен пристрастием к стихосложению :), знаю, сколько сил бывает потребно на это (не говорю духовных, но душевных и физических уж точно)
Мне кажется, что лучше отталкиваясь от прочитанного, пытаться найти что-то свое. Не переложить древний текст современным размером, а, вдохнув дух этого текста, написать собственное стихотворение, отыскав свои слова. Это может оказаться на вид не имеющим ничего общего ни Симеоном Новым Богословом, ни с богословием вообще. И тем не менее это может оказаться и те и другим :)


 
 

Поиск